Угодив в разведчики, я сперва не понимал почему нам почти не выдавали еду. Понял на первой вылазке

Опубликовано: Февраль 7, 2019  время: 1:52 пп

История ветерана Великой Отечественной Войны Путылева Василия Петровича

«Моя военная история началась лишь в 1943 году. Но сама война началась еще в 1941 году, как вы все прекрасно знаете, так что пару слов расскажу о жизни в оккупации.

Как только война началась, нас тут же в эвакуацию погнали. Мы за сутки проходили много десятков километров, но даже не успели выйти за пределы нашей области — так быстро немцы ее захватили, взяв нас в окружение.

Вернулись, делать нечего. Немцы нас мало трогали — они даже в нашей деревне не проживали. Так, приезжали пару раз в неделю, брали мясо, молоко, яйца.

Если кто не давал или огрызался, так они такое не любили, даже наказать могли. А наказание у них всегда одно было — пуля в револьвере всегда найдется.

Так мы прожили до 1943 года. Потом Красная Армия начала к нашим краям подходить, немцы занервничали очень сильно. В день, когда они покидали наши края, они совсем с ума посходили.

В нашу деревню, как и во многие другие деревни в округе, прибыли немцы на мотоциклах, да закидали наши соломенные крыши огнем.

Благо, все местные жители на улицах были и все целехонькие остались. А на утро пришла Красная Армия. Вскоре мне и моим товарищам удалось добраться в военкомат и нас всех раскидали кого куда.

Меня закинули в школу снайперов. Я, в принципе, не был против, да даже и хотелось мне снайпером повоевать с самого начала. Забегая вперед, сообщу, что снайпером я совсем мало прослужил.

В школе снайперов мы в совершенстве изучили СВТ-40, оснащенную оптическим прицелом. Вполне себе хорошая винтовка. С нынешними она, конечно же, ни в какое сравнение не идет, но все же это было отличное оружие.

Так же маскировку изучили на отлично. В общем, много чего мы учили там. Далее меня уже на фронт отправили под Донецк. Снайпером воевать тяжело было — в то время, как пехота дружно окопы себе ночью роет, ты так же ночью, незаметно, ползешь вперед, да метрах в 60 себе небольшой окоп роешь.

Но снайпером я недолго прослужил, как я уже говорил это. В одном из боев мне знатно досталось, так что я должен был полтора месяца в госпитале пролежать.

Когда вышел — мне повезло, в мой же полк закинули. Только уже по какой-то причине не снайпером, а разведчиком. Но я вновь не против был — разведчиком служить очень солидно считалось.

А на деле оказалось, что разведчиком еще тяжелее, чем снайпером воевать. Ты, конечно, прямо в бой на врага редко идешь, но почти все время проводишь в тылу противника.

Угодив в разведчики, я сперва не понимал почему нам почти не выдавали еду. Понял на первой вылазке. Нам тогда выдали с собой совсем мало еды, даже на сутки не хватило бы.

Я старался не подавать виду, что удивлен или что-то подобное. У разведчиков я новенький был, не хотелось на этом внимание акцентировать.

Здесь, кстати, следует уточнение — мы были универсальными разведчиками, то есть не только наносили на карту местоположение противника, но так же и занимались подрывом, да и любой другой диверсией.

И вот, во время первой вылазки, когда мы заминировали железную дорогу противника, мы начали возвращаться назад. А по пути мы скрытно проникали в немецкие окопы, после себя не оставляя никого и ничего.

В том числе и еды. А еды в немецких окопах было просто уйма, так что с задания мы возвращались с большими запасами еды и оружия, чем даже уходили. Вот поэтому нам и выдавали гораздо меньше еды.»

0

Подпишись на нашу группу Наша группа в контакте

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *